Концлагерь

Младшенькому позвонила девушка. Он к Анюте просить 400 гривен. А у нас деспотия, и я строго-настрого запретил ему денег давать. Он про деспотию знает и потому попросил в долг. А в обмен, говорит, чего хочешь! Анюта и накатала ему список полезных дел. Но я сейчас не про этот концлагерь.

Проводили малого, сидим, ужинаем.

— Ты чего сегодня целый день в Фейсуке сидел? – прервала молчание Анюта.

— Не целый, я еще двоих клиентов обслужил.

— Ну, пол дня.

— Притеснение русских обсуждали.

— Где?

— В Одессе.

— Что-то я никакого притеснения не вижу.

— Ты не видишь – другие видят. Мне в комментариях вопрос задали – «Когда закончится эта украинизация?»

— А ты?

— Вопрос Карлсона процитировал к фрекен Бок – «Ты перестала пить коньяк по утрам, отвечай — да или нет?»

— А он?

— Он в позу стал, типа мы тут такие умные, не хотим с притесняемыми общаться.

— А ты?

— Объяснил, что в его вопросе содержится утверждение, которое неплохо бы пояснить.

— А он?

— Говорит, что действие равно противодействию. Раз война идет, значит русских притесняют.

— Интересная логика – задумалась Анюта. – И что ты ему ответил.

— Сказал, что война идет из-за лагерей для русских.

— Каких лагерей!? – Анюта аж подпрыгнула.

— Концентрационных. По этому поводу МИД РФ озабоченность выражал в апреле 2014-го.

— Ты серьезно?

— Серьезней не бывает. Я даже ссылку на заявление Лаврова привел. С противодействием там все сходится, какой же русский захочет в концлагере сидеть.

— А он?

— Он не понял, про какой концлагерь речь. Но написал, что точно знает, что с этого года будут штрафовать по 9 тысяч гривен за русский язык.

— Чушь какая! – возмутилась Анюта.

— Чушь, не чушь, а люди верят.

— И чем закончилось?

— Попытался ему объяснить, что раз концлагеря построили в 2014 году, а штрафовать будут только в этом, то война началась не из-за штрафов. А потому его вопрос больше к Карлсону и Лаврову, чем к причинам войны.

— И что с этим делать – после паузы спросила Анюта.

— С концлагерями?

— Нет, с такими людьми.

— Дал ему ссылку на статью с описанием военной пропаганды.

— Думаешь, поможет?

— Навряд ли. Пропаганда отключает критическое мышление. Если человек искренне верит в то, что прошлая война началась из-за будущих притеснений, его уже никакая статья не переубедит.

Юрий Христензен

P.S. Немного концлагеря вам в ленту: