Вальтер Скотт и Гражданская война в США

Марк Твен крайне негативно относился к Вальтеру Скотту. “Он нанес неизмеримый ущерб, возможно более значимый и долговечный, чем любой другой писатель в истории… Сэр Вальтер внес такой вклад в формирование характера южан, каким он был до войны, что он в огромной степени ответственен за саму войну”.

В общем и целом Марк Твен прав. Вальтер Скотт в значительной степени ответственен за войну, потому что он переформатировал культуру и сознание правящего класса Юга, по большому счету создав цивилизацию Юга в сколько-нибудь современном виде. В результате культурный разрыв между Югом и Севером усилился настолько, что столкновение было неизбежным.

Вспомним, как выглядел Юг до Вальтера Скотта. Да, это было рабовладельческое сообщество, управляемое крупными плантаторами. Но плантаторы эти находились под влиянием цивилизации Просвещения: зачитывались Локком и Руссо, верили в рациональное мышление и рациональную организацию общества, образец для подражания видели в Афинах и в Риме. Собственно, в Конституции США и других документах Американской революции все это хорошо отражено — их же плантаторы писали. Более того, в XVIII в. элиты Юга были левее северных: на Севере Французскую революцию приняли в штыки, а южный правящий класс ее приветствовал. У всех этих плантаторов-рабовладельцев мозги были настолько промыты Просвещением, что они всерьез воображали себя якобинцами. Оно и понятно. Высокий культурный уровень + избыток свободного времени = идеальная почва для разного рода пропаганды.

Ситуацию переломил один человек или, вернее, один цикл романов. С 1814 по 1831 г. Вальтер Скотт издает двадцать семь романов цикла Уэверли, в которых гнет совсем другую линию. Средневековье — это офигенно. Рыцари и трубадуры — это офигенно. Ну а в более близкие к нам эпохи офигеннее всех кавалеры, сторонники короля в Гражданскую войну, и якобиты, поднимающие безнадежные восстания в поддержку Стюартов. Так что феодальная этика — это высшее проявление человеческого духа, а высшее проявление феодальной этики — это идти на смертный бой за безнадежное дело.

Почему все это зашло именно на американском Юге? По трем причинам. Во-первых, это была культурная периферия западного мира. А для периферии культурные тренды центра не только обязательны, но и воплощаются куда радикальнее, чем в центре. Когда в Стамбуле стригут ногти, в провинции рубят пальцы. Когда в Лондоне зачитываются историческими романами, в Антланте будут на полном серьезе считать себя рыцарями прошлых веков.

Во-вторых, Юг был в значительной степени кельтским. Большинство плантаторов было родом либо из Шотландии и Ирландии, либо с пограничья. В романах Скотта они нашли себя и свои корни. Тут надо понимать, что в эпоху романтизма европейские нации изобретали свою идентичность на основе своего средневековья, находя древние рукописи, эпосы и хроники и т.д. У Юга всего этого не было, но был Вальтер Скотт — на его основе идентичность и конструировали.

Ну и наконец в третьих, в эпоху Просвещения правящий класс Юга жил в некотором раздрае. Мы вроде как рационалисты и якобинцы, но в то же время живем за счет рабского труда. Здесь есть некоторое противоречие. И тут приходит Скотт и заявляет, что феодализм — это офигенно. И для южан все складывается воедино — мы не якобинцы, мы рыцари и трубадуры, и это прекрасно. Надстройка приходит в соответсвие с базисом.

Так что если в 1790 г. южные плантаторы воображали себя якобинцами, то к 1830 г. — рыцарями и кавалерами. А научил их этому сэр Вальтер Скотт. Он сформировал и неофеодальную культуру Юга, и неофеодальную этику, и специфическую южную культуру чести. А в этой культуре чести как мы помним нет ничего прекраснее и офигеннее, чем идти с открытым забралом на неравный бой. Через тридцать лет южане так и поступили, с самыми печальными последствиями, как для себя лично, так и для всей цивилизации Старого Юга.

источник

Добавить комментарий