Страна-фейк и ее фейковые псевдореспублики

Долгов запостил фотку российских ПАЗиков, которые своим ходом едут в Донецк из РФ через КПП «Успенка».

Захарченко в Донецке потом выдает их за автобусы местного производства, которые якобы собираются на Донгормаше. Так дончанам врут об «экономическом росте», которого нет и не может быть.

Завод «Донгормаш» не работает и на самом деле ничего не собирает. Автобусы «Донбасс» — такие же «донецкие», как танки, оружие и войска ДНР. Все на самом деле завозится из РФ. Вся «республика» — фейк и вранье.

Денис Казанский


Современное мракобесие

Прививка — это обычно внесение инфекции, пусть и полудохлой, в пока здорового ребенка. И даже прививки, работающие по другому принципу, все равно могут привести к проблемам: у ребенка может подняться температура, он может неважно себя чувствовать, у него могут впервые проявиться какие-то хронические заболевания, которые без прививки дали бы знать о себе позже. В исключительных случаях ему придется оказывать врачебную помощь: серьезные осложнения с прививками чрезвычайно редки, но бывают.

При этом риски, которые возникают в случае отказа от прививок, как бы иллюзорны. Мать не видит вокруг себя детей, умирающих от дифтерита или парализованных после полиомиелита. Даже непривитые дети вроде бы вполне здоровы. И пока 90% населения исправно вакцинируется, групповой иммунитет в социуме достаточно силен для того, чтобы инфекция имела мало шансов на распространение. (Но как только матерей-отказниц станет больше, наступит «здравствуй, Стокгольм».)

И вот тут вступает в действие частая когнитивная ошибка, которая именуется «яркость негативного примера». Никто не пишет статей «сегодня не умерло от кори 30 миллионов детей, потому что им пять лет назад сделали прививку». Лишь очень большие оригиналы размещают в Сети фотографии: «А вот мой сын женится. Смотрите, какой он сильный, здоровый и красивый, потому что мы всегда вовремя водили его на все прививки».

Мы не слышим благодарности. Но мы слышим жалобы. «На третий день после прививки у ребенка началась эпилепсия!» (И хотя врачи уверены в наследственной причине заболевания, было решено проверить все вакцины.) «Ребенок умер через восемь дней после прививки!» (Расследование выявит, что ребенок умер от врожденной патологии, но к тому времени новость уже исчезнет из общественного поля зрения.) Негатив перевешивает позитив, он ярче и убедительнее.

Вот если начнется эпидемия — тогда да, преимущества прививок очень быстро станут очевидны для всех. Увы, слишком поздно.

Но даже если мать привыкла принимать решения ответственно и принялась сама изучать статистику, в дело может вступить вторая когнитивная ошибка — «предпочтительность бездействия». Этой ошибке много миллионов лет, мы ее унаследовали не от динозавров даже, а еще от трилобитов. Вырастая и формируясь, живые организмы постоянно получают зарубки на психике. Наступил на колючку — больно лапе. Ударился о камень — больно тому, что у нас заменяет голову. Мы тоже растем в сознании, что наши поступки могут вызвать довольно суровый ответ окружающей среды. Это краеугольный камень на дне пучины нашего бессознательного.

А вот чтобы понять, что бездействие тоже может иметь последствия, нужно принадлежать уже, как минимум, к попперовскому типу разумных существ, то есть уметь строить модели и делать на их основании выводы. Но это умение эволюционно чрезвычайно по́зднее, оно мало подкреплено эмоционально. Нам психологически комфортнее принять свою вину за бездействие («Так случилось, потому что так случилось, кто же мог знать»), чем вину за действие («Я сама(сам) решила не прививаться !»).

(c) Матвей Вологжанин


Антикоррупционеры в стране котов

В этом тексте мы с мартини и примкнувшей к нам водкой попробуем объяснить на котиках, почему слово «антикоррупционер» вызывает резкие подёргивания у значительной части образованного населения страны.

Смотрите. Положим, в стране котиков есть проблема: ожирение этих самых котиков. Проблема серьёзна и многогранна: на лечение котиков от ожирения государство тратит миллиарды котодолларов с портретами наиболее выдающихся деятелей котячьей… котовской… котиковской, в общем, нации. Однако котики (кто сталкивался, тот знает) в массе своей остановиться сами не способны и готовы жрать до тех пор, пока хлебальничек не перестанет влазить в миску. Кроме этого, продавцы котовского, то есть котячьего корма крайне не заинтересованы в диетах и здоровом питании, а вот в повышении продаж кормов заинтересованы более чем.

Когда проблема достигает критических масштабов, таких, что появляется социальный запрос на борьбу с ней, логичным образом среди пушистых комков шерсти появляются политики, которые на волне спроса начинают активно качать тему борьбы за здоровый образ жизни. В итоге политической борьбы создается Специализированная антижировая прокуратура, Национальное антикормовое бюро, Агентство противодействия толстению и множество общественных организаций. Активисты (почему-то жиреющие не по дням, а по часам), выступая на митингах и лекциях, рассказывают о том, как производители кормов сговорились с властью за процент от продаж, а для настоящей победы над ожирением желательно создать ещё и специализированный суд, который бы судил производителей кормов и потакающих им чиновников. Среди слушателей, втихомолку похрумкивающих сухим кормом «Тыскас», периодически раздаются выкрики «Ожирителей нации — к стенке» и «Руки прочь от борцов за здоровый образ жизни!»

Читать дальше