Профессия: адвокат КГБ

Узник Сиона*, раввин Натан Вершубский (на фото) вспоминает о Викторе Медведчуке, который был его адвокатом в 1985-м.

Напомним, Медведчук известен как кум Путина, адвокат поэта Василия Стуса и экс-директора ЧАЭС Виктора Брюханова.

«Мои родственники, разумеется, искали адвоката. Но все, к кому они обращались, узнав, что дело находится под контролем КГБ, наотрез отказывались меня защищать. Бабушка моей жены — в прошлом член Верховного суда УССР — сохранила связи в этой среде, но и ей отказывали. Отец нашел в Москве хорошего и смелого адвоката, который готов был взяться за мое дело, но честно предупредил, что ему просто не дадут доехать до Киева — вплоть до того, что поезд сойдет с рельс.

Пока кто-то не подсказал, мол, есть в Киеве один адвокат — сам капитан КГБ, но за такие дела берется. В результате, обратились к Медведчуку. Ни на что, он, разумеется, повлиять не мог, да и адвокат был никакой. Я сам, сидя в камере, штудировал УК СССР — и этим зарабатывал — за дневную пайку сахара составлял прошения зэкам, жалобы прокурору по надзору, требования о пересмотре дела и т.д. Точно так же я сам подготовил вопросы к экспертам по моему делу, оценившим «украденные» книги в 700 рублей, хотя они не могли прочесть, что там написано.

Медведчук не задал экспертам ни одного вопроса.

Читать дальше


Большой побег

— ну вот. И так они с другом хотели свинтить из СССР, что придумали план ухода по финским болотам в Швецию без попадания горячим финнам на глаза вообще.

— А че не в Финляндию?…

— Из Финляндии выдавали обратно, а из Швеции нет. Ну вот, начали учить языки, плотненько так. А параллельно стали тренироваться по лесам да болотам. Уходили на несколько недель, питались какой-то маловкусной хренью и вообще устроили себе стандартный курс на выживание. Учились ориентироваться по звездам и заячим какашкам.

— Поймали их?

— Да подожди ты. То есть, через границу СССР они должны были перейти по воде. Но у них еще один план был, на всякий случай: нашли канал перехода по суше. Вот. Был какой-то мутный прибалт-проводник. Дерсу Суссааниен практически.

— Кинул их проводник?

— Да подожди ты. Подоставали где-то таблетки для очищения воды, шприцы со снадобьями одноразовыми от укусов ядовитых финских бегемотов. Рембы. Выпросили у меня, кстати, рюкзак армии ЮАР. Удобнейшая вещь была. С ремнями на башку, хоть стометровку в нем бегай. Да. Трофейный, кстати. Ну вот — надо же на что-то жить в капиталистическом мире, так? Они и продали квартиру в центре Москвы бабушкину. И картина у них каким-то образом еще была, кого-то из малых голландцев. Не спрашивай, кто это, я сам не знаю. Ну типа небольшие такие. Тоже продали. За доллары. А дело это вообще было подсудное тогда еще. Деньги есть теперь, дело за малым — закончить тренировку.

— Кинули их на деньги? Поссорились?

— Да подожди ты. Ну вот, подготовка вся заняла два года. Проще было в армию сходить, ятегрю… И вот, назначают они, наконец, дату. Время Икс. Через несколько месяцев, чтобы с погодой угадать. Отговаривать их даже не пытались уже. Да. Вот такие вот дела… Ну, вот, собственно, и вся блядь невеселая история.

— Погранцы застрелили, что-ли?….

— Не, СССР развалился и стало можно куда хочешь ехать без вот этого вот экстрима.

— Уехали?

— Не, сидят. Режим ругают. Уже третий по счету. Ты допивать будешь или подлить тебе?

Саша Александер


Нам потрібна економічна декомунізація

Дані, опубліковані в нещодавньому дослідженні VoxUkraine, викликали в багатьох моїх знайомих шок, депресію та перехід у режим «тут уже ніц не виправити, Господи, пали».

Виявилося, що більшість наших громадян (73,3% — ось же ж магічне, курча, число!) — за ліву економічну політику й авторитарний контроль усього з боку держави. 17,3% — за ліву економіку та демократичність в управлінні, 1,0% — за вільний ринок, але авторитарні цінності, і 1,9% — за вільний ринок та демократію.

Приголомшує, еге ж?

Утім, оскільки здатися ми завжди встигнемо, давайте поки що зачекаємо із закликами кінця світу і спробуємо розібратися, що трапилось та як цьому зарадити.

Декомунізація культурно-історична

Давайте пригадаємо, як українську культуру та ментальність розчакловували від радянщини в історії та культурі. Як боролися з радянськими історичними міфами та наративами. Це легко згадати, бо це відбувалося у нас на очах. Конкретно в моєму випадку — впродовж усього мого усвідомленого життя.

Читать дальше


Яку культурну країну просрали…

Недосяжну висоту до якої підіймалася з безмежних глибин російської культури радянська освіта, наочно показують ось ці, сьогодні найскладніші у світі питання з російської літератури.

В СРСР на них міг відповісти навіть розбуджений серед ночі майже кожен радянський школяр, а сьогодні відповідей на них не знають навіть випускники академій, магістри з гуманітарних наук.

Victor Mysliwiec


Я хочу оставить это здесь

Семьдесят процентов россиян переосмысливают фигуру Сталина. А я в Норильске, на Библионочи. Норильск — это такой город за полярным кругом, где сейчас — 26, где есть мемориал Нарьянлаг, а за ним гора с вмёрзшими в никогда не оттаивающий грунт телами людей.

Я хочу оставить это здесь.

Женщина — экскурсовод и музейный работник говорит: в память о людях, чья смерть не имела никакого смысла, каждый входящий под ворота Нарильлага, пусть ударит в колокол.

Это не просто. В — 26 веревка на ощупь, как струна, режет пальцы, чтобы раскачать ее и ударить в колокол, нужно серьезное усилие. А я не взяла перчатки. Я на день, вернее, на Библионочь.

И я хочу оставить это здесь.

Я раскачиваю веревку, она тугая, замерзшая, но мне все же удаётся привести в движение язычок, и колокол издаёт протяжный вой.

Я хочу оставить это здесь.

Сколько усилий я потратила, чтобы сраный колокол зазвонил. А за воротами — гора, она состоит из трупов людей, которые — что? Что они здесь делали перед тем, как впасть в вечную мерзлоту? Звонили в колокол?

Нет, ели д@рьмо.

Читать дальше


Хотите повторить?

Там, говорят, пионеры с плакатиками ходят? Тоскуют по эффективному менеджеру?

У Куромии читаем:

«Наприклад, у Маріуполі 1933 р.: «Одного дня, чекаючи в черзі за хлібом, я помітив дівчинку-селянку років п’ятнадцяти, в лахмітті, з дуже голодним поглядом. Вона простягала руки до кожного, хто купував хліб, просячи декілька крихт. Нарешті вона дійшла й до крамаря. Цей чоловік, мабуть, недавно приїхав з іншої республіки, бо не вмів чи не хотів говорити по-українському. Він почав лаяти дівчину, кажучи, що вона занадто лінива і мас йти працювати в колгоспі, потім вдарив її витягнуту руку тупим краєм ножа. Дівчина впала і випустила крихту хліба, яку тримала в руці. Тоді крамар підійшов ближче, копнув її ногою і закричав: «Вставай! Іди додому і працюй!» Дівчина застогнала, потягнулась і померла. Дехто в черзі почав плакати. Крамар-комуніст помітив це і пригрозив: «Дехто стає занадто сентиментальним. Зараз ми побачимо, хто тут ворог народу!»

«Пионеры», видимо, метят себя на место хлебореза, а не умершей голодом девушки.

Читать дальше