По капле выдавливать из себя Макаренко

Я, кажется, понял некоторые истоки галимого трындеца в человеческом капитале постсовеццкого пространства.

(но это не точно — гипотеза)

Наша беда в воспитании на макаренковских принципах коллективной ответственности.

Никому даже вот в голову не приходит, что коллективная ответственность — это дикость и гнусность, а это именно так. Ну, потому что идея для ленивого педагога разошлась по ширнармассам и впиталась в подкорку.

Объясняю: идея Макаренко заключается в том, что «коллектив воспитывает». Типа, если один налажал, то наказывают всех, что приводит к «давлению коллектива на провинившегося». И к дальнейшему недопущению оного. Все следят за всеми. Никто не высовывается. Все ровно причесаны. Это экономит время воспитателя.

Эту догму бомбили без малого 100 лет. И сейчас продолжают вдалбливать школьникам и студентам. На коллективной ответственности держится вся армия. Даже интернет-блокировки — это по сути тоже коллективная ответственность.

Почему это плохо.

Потому что наказание многих за проступки единиц приводит выработке условного рефлекса отторжения инакости. Ты другой — значит сразу неправ и нас всех накажут. Снижается естественное разнообразие. Снижается количество генерации новых идей. Чуть что не так — ату его! Коллектив режет все, что отличается от среднего по больнице. Все выдающееся. Причем, в любую сторону.

А поскольку «в любую сторону» означает и «добиться успеха», то успешность тоже режется. Коллективно. Коллегиально.

И мне жаль, что педагоги (которые по большей части сами воспитаны в парадигме «коллективной ответственности») не понимают, что калечат детей.

Целая Страна серости, воспроизводящей серость.

Михаил Климарев


Какую страну просрали (с)

У моєї свекрухи могло би бути троє синів.

Першого, старшого хлопчика, вона народжувала в пологовій палаті при сільському фельдшерсько-акушерському пункті. Свекрусі було 19 років, дитина виявилась величенькою, і коли почалися пологи, акушерка взялася за щипці. Дитині проломили голову. Дитину поховали, свекруху відправили додому, сказавши, що «ти молода, ще народиш». Що написали у звітах, невідомо, але в світобудові сільських медиків не змінилось нічого.

Подруга моєї мами поїхала робити аборт в районний центр. Додому до лікарки. У маминої подруги було двоє дітей – старший хлопчик і однорічна дівчинка. Більше додому вона не повернулась ніколи. Вмерла від кровотечі. Напівживу її доправили до лікарні. Лікарка злякалась і викликала швидку допомогу. Були якісь розборки, лікарку відсторонювали на деякий час від роботи. Але потім вона благополучно працювала в районній лікарні аж до самої пенсії. Маминій подрузі було 30 років.

Моя мама пішла із зубним болем до стоматолога у сільську лікарню. Він сказав, що треба терміново видаляти зуб. Ну, тоді всім зуби видаляли, не дуже заморочуючись із лікуванням. Якби моя мама зрозуміла зразу, що стоматолог був п’яний!.. Він почав їй виривати здоровий зуб, пошматувавши півщелепи. Мама кричала так, як ніколи ні до того, ні після. А він сказав, що треба вже все одно виривати, бо так залишати не можна. Приніс якесь долото, як згадує моя мама. Здоровий зуб вибивали із рота. Мама непритомніла кілька разів.

Читать дальше


Радянська школа ЗМІ

Серед питань, що хвилювали громадян на лекціях КГБ у 1982 році, були й такі.

Джерело: «Перечень некоторых характерных вопросов, поступивших во втором полугодии 1982 г. сотрудникам органов КГБ УССР при чтении лекций о повышении политической бдительности».
Архів СБУ.

Edward Andriushchenko


Смех и отвращение

Мне тут один френд из США рассказал по-секрету, что у них «Смерть Сталина» воспринимают исключительно как комедию. И снимали британцы фильм тоже как комедию. Обильно снабдив клюквой про расстрелы и черные воронки.

Западному зрителю знакома трагедия, когда оккупанты издеваются и расстреливают кого хотят, потому что все друзья и родственники жертвы, кто мог держать оружие, ушли на фронт.

Западному зрителю знакома трагедия, когда одурманенное пропагандой большинство под крики «ура» отправляет в лагеря унтерменшей.

Но чтобы меньшинство, не важно как оно там себя называет — ЧК, ВЧК, ГПУ, дискриминировало большинство, поочередно выдергивая людей, а все родственники арестованного сидели, засунув язык в жопу с мыслями «хорошо что не меня?». Да такого не бывает, конечно вы гоните.

Наконец понял, почему мне противно читать про жертв сталинских репрессий. Противно, что те кто их окружал, выжили.

Konstantin Kukushkin


Самое мерзкое слово

Есть одно слово. Очень нехорошее. Гораздо хуже тех всех, что пришли вам сейчас на ум

Слово — единица речи, служащая для выражения отдельного понятия.

Уверен, для многих из вас, как и для меня, некоторые слова приобрели ощущение и «вкус», связанные с его смысловой нагрузкой.

Покатайте на своём «мысленном языке» слово «вишнёвый». Насладитесь картинкой и запахом, возникающими от «грозовой». Улыбнитесь воспоминаниям, возникшим благодаря слову «нежная».

Конечно же, в мире полно слов и с неприятными ассоциациями. Сейчас расскажу об одном из них.

Есть слово, вызывающее у меня самые негативные ощущения. Такие, что я считаю его гадким, грязным и просто мерзким. Это слово — «советский». А точнее, произнесённое с таким напором и примитивизмом: «савецкий!»

Почему такое отношение? Оно прямо сейчас, в наше с вами время, успешно используется для воплощения в жизнь двух преступлений, которые я считаю непростительными:

1. Кража чужой истории.

2. Помощь преступникам чудовищного масштаба в избежании ответственности.

Разберём первое свойство.

Читать дальше


Деды вывозили

1945. Вывоз автомобиля из Германии.

У жителей советской зоны оккупации Германии официально конфисковали 60 тыс. роялей, 460 тыс. радиоприемников, 190 тыс. ковров, 940 тыс. предметов мебели, 265 тыс. настенных и настольных часов, которые в основном были распределены за небольшую плату между советскими номенклатурными чинами и старшими офицерами. В документах трофейного ведомства числятся также 1,2 млн мужских и женских пальто, 1 млн головных уборов и 186 вагонов вина.

Алекс Цікавий


Ностальгия по виселице, або Петух

Ностальгия по совку вполне понятна и простительна. Большинство ностальгирующих — за исключением батальона мохеровых беретов — застали СССР детьми. А дети в Союзе, как ни крути, были привилегированным классом. Это не потому что совок был добрым, а потому что так решено — и пиздец, исполнять. И детей начали привилегировать, тихо матерясь сквозь зубы.

Строить им всякие детские площадки и прочие Артеки.

Поэтому память об СССР у нынешнего поколения 30+ исключительно детская. Дети же не понимают, что они ходят в позорных тулупах, и в х/б колготах с мотней ниже колен. Они еще не выставляют свой сошиал велью путем экипировки. Им похуй, главное что тепло. И можно кидаться снегом друг в друга, а нинтендо — не-е-ет, не знаем.

Когда о чем-то не знаешь, то об этом и не жалеешь.

Но, перечислим, начиная от детсада.

Бесплатные детские сады, например. Блять, а какими они еще должны были быть, если их назначение — освободить родителей для производства? Родители работают на государство. Если бы они работали на себя, то логично, что они оплачивают коллективный бэбиситтинг из своего кармана. Ну хорошо, тогда они не пойдут на работу, и план по валу будет провален (сорри, это скороговорка). Тем более, что государство деньги на детский сад снимало в итоге с тех же родителей, через невидимый налог способом зарплаты в сто-дваццать рублей.

А детям заебись все, кроме утренней побудки, тихого часа и чтобы вечером мама вовремя забрала. Но это производственная вводящая. Так надо. Это во всем мире детский сон считается ценностью. Организм личинки бешено растет, метаболизм аж рычит, разгоняя дите до взрослой особи, он спит сколько хочет и где хочет. И тут опа — побудка в шесть утра. И на тебя, невменяемого, натягивают колготы, байковую рубашку, шубу из искусственной чебурашки и везут через пургу в детсадик. Потому что папе с мамой через полгорода пиздовать на работу, а собственная машина в СССР — это тема для отдельной статьи.

Через семь лет я буду точно так же возить в детсад сопящую в санках сестру. Жизнь — это боль. В СССР это была боль без обезбола. Но детям похуй, уже через час после побудки ои делают ежа из каштана и спичек, и кормят гуппи в аквариуме пластилином.

Читать дальше


Таблетки от некрофилии

Вот казалось бы, оглянись, и узри: наследие совка. Но нет. Будут верить в СССР — свободный, честный, светлый.

Свобода в СССР — это, видимо, когда для поездки в Болгарию надо было проходить партком и собеседование в органах, а за недостаточно восторженный ход мыслей, можно было и в места не столь отдаленные отъехать.

Равенство в СССР — это, видимо, когда у номенклатуры — все, у остальных — ничего.

Братство — ну, вот да. Так все дург друга любили и в дёсны целовали, что едва только империя дала трещину, как все по углам прыснули. Братушки. Братюни. Братцы. Братишки. Родимые. Кровинки, блд.

Читать дальше